Данная статья раскрывает, каким образом недобросовестные участники банкротных споров (как правило это контролирующие лица должника) использовали механизмы приобретения требований к должнику для усиления своих позиций в процедурах банкротства.
Цели этих схем были очевидны: контроль над собранием кредиторов, блокирование нежелательных решений, предпочтительное удовлетворение при распределении активов и сохранение управления должником в процедуре банкротства.
Как правило для этого такие недобросовестные участники скупали долги банкрота с дисконтом у поставщиков, используя информационное преимущество. Это позволяло «выкупать» лояльность ключевых кредиторов и одновременно наращивать собственный портфель требований.
Пленум Верховного Суда установил принципиальное правило: очередность удовлетворения требования, перешедшего к контролирующему лицу в связи с переменой кредитора, понижается, если договор, послуживший основанием для перехода требования, заключён в ситуации имущественного кризиса должника.
Данное правило применяется независимо от формы приобретения требования (цессия), фактической цели сделки, соотношения цены приобретения и номинала требования.
Теперь решающее значение имеет момент заключения договора, послужившего основанием для перехода требования, а не момент возникновения первоначального обязательства должника, момент исполнения по договору.
Какие теперь возникают правовые риски для контролирующих лиц, использующих данный механизм.
Понижение очередности приобретённых требований лишает контролирующее лицо возможности формировать кворум и принимать решения на собрании кредиторов. Требования, перешедшие к контролирующему лицу в кризисный период, будут удовлетворяться в последнюю очередь — после всех текущих кредиторов, что снижает мотивацию к их приобретению.
Даже приобретение значительного портфеля требований не обеспечит контроля над собранием, поскольку пониженные требования фактически исключаются из голосования по ключевым вопросам (назначение управляющего, утверждение мирового соглашения и т.п.).
Понижение очередности требований контролирующих лиц автоматически усиливает позиции независимых кредиторов. Они получают большее влияние на собрании кредиторов и большую долю в распределении активов, что может изменить баланс сил в переговорах о реструктуризации.
Заключение
Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 41 от 23 декабря 2025 года кардинально изменило правовые последствия приобретения требований контролирующими лицами в период имущественного кризиса должника. Ранее популярные схемы консолидации требований утратили экономический смысл и правовую защищённость. Контролирующие лица сталкиваются с комплексом взаимосвязанных рисков: утраты контроля над процедурой банкротства, экономических потерь от приобретения бесперспективных требований.
Специалисты ООО Юридическая компания «Косолапов, Гончаров, Бондаренко и партнеры», имеющие более 15-летний опыт сопровождения процедур банкротства, рекомендуют контролирующим лицам и кредиторам учитывать разъяснения Постановления Пленума ВС РФ № 41.
Услуги
Данная статья раскрывает, каким образом недобросовестные участники банкротных споров (как правило это контролирующие лица должника) использовали механизмы приобретения требований к должнику для усиления своих позиций в процедурах банкротства.
Цели этих схем были очевидны: контроль над собранием кредиторов, блокирование нежелательных решений, предпочтительное удовлетворение при распределении активов и сохранение управления должником в процедуре банкротства.
Как правило для этого такие недобросовестные участники скупали долги банкрота с дисконтом у поставщиков, используя информационное преимущество. Это позволяло «выкупать» лояльность ключевых кредиторов и одновременно наращивать собственный портфель требований.
Пленум Верховного Суда установил принципиальное правило: очередность удовлетворения требования, перешедшего к контролирующему лицу в связи с переменой кредитора, понижается, если договор, послуживший основанием для перехода требования, заключён в ситуации имущественного кризиса должника.
Данное правило применяется независимо от формы приобретения требования (цессия), фактической цели сделки, соотношения цены приобретения и номинала требования.
Теперь решающее значение имеет момент заключения договора, послужившего основанием для перехода требования, а не момент возникновения первоначального обязательства должника, момент исполнения по договору.
Какие теперь возникают правовые риски для контролирующих лиц, использующих данный механизм.
Понижение очередности приобретённых требований лишает контролирующее лицо возможности формировать кворум и принимать решения на собрании кредиторов. Требования, перешедшие к контролирующему лицу в кризисный период, будут удовлетворяться в последнюю очередь — после всех текущих кредиторов, что снижает мотивацию к их приобретению.
Даже приобретение значительного портфеля требований не обеспечит контроля над собранием, поскольку пониженные требования фактически исключаются из голосования по ключевым вопросам (назначение управляющего, утверждение мирового соглашения и т.п.).
Понижение очередности требований контролирующих лиц автоматически усиливает позиции независимых кредиторов. Они получают большее влияние на собрании кредиторов и большую долю в распределении активов, что может изменить баланс сил в переговорах о реструктуризации.
Заключение
Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 41 от 23 декабря 2025 года кардинально изменило правовые последствия приобретения требований контролирующими лицами в период имущественного кризиса должника. Ранее популярные схемы консолидации требований утратили экономический смысл и правовую защищённость. Контролирующие лица сталкиваются с комплексом взаимосвязанных рисков: утраты контроля над процедурой банкротства, экономических потерь от приобретения бесперспективных требований.
Специалисты ООО Юридическая компания «Косолапов, Гончаров, Бондаренко и партнеры», имеющие более 15-летний опыт сопровождения процедур банкротства, рекомендуют контролирующим лицам и кредиторам учитывать разъяснения Постановления Пленума ВС РФ № 41.
